Я наклонилась за борт и опустила руку в воду. Волны пробегали у меня между пальцами, даря им приятную прохладу.

Я задумалась, подставляя лицо ветру… Волосы развевались и слегка щекотали шею.

– Смотри, Ритта, корабль! – сказал Антонио, обнимая меня за плечи.

Обуреваемая любопытством, я обернулась. Большой красавец-корабль медленно двигался вдоль качающегося горизонта по темно-синей кромке моря. Ослепительно-белые паруса мощно надувались на фоне потемневшего неба, облитого красно-золотым светом заката. Могучий, сильный, бесстрашный, корабль уходил вдаль, и я, следя за ним глазами, вдруг почувствовала тоску…

Ремо внимательно вглядывался в буквы, черневшие на борту корабля.

– Это «Роза Средиземноморья», – наконец сказал он. – Идет из Ливорно в Марсель.

– Что это – Марсель? – спросила я тихо.

– Город во Франции, Ритта. Если мадонна захочет, ты побываешь там.

Мы причалили к берегу спустя полчаса – он был уже пуст. Рыбаки закончили свою работу и ушли в деревню. Рыбный базар тоже опустел. Лишь одна девушка стояла под агавами и махала нам рукой. На ней была широкая длинная юбка с передником из яркой ткани и черный корсаж поверх рубашки, плотно облегающий грудь.

– Смотри, Антонио, – сказала я, – она нас ждет.

Брат взглянул туда, куда я показывала, и вдруг заволновался, заспешил, быстро снял с глаза черную повязку и поправил растрепанные волосы.

– Ну, все, Ремо, я пойду…

Он пошел к девушке быстрыми широкими шагами.

– И ты иди, малышка, – подтолкнул меня Ремо, – иди в деревню и ешь свой панджалло…

Из любопытства я тихонько пошла вслед за Антонио и, приблизившись к агавам, изумленно остановилась. В девушке я без труда узнала Аполлонию Оддино. Антонио обнимал ее за талию и целовал…

Они заметили меня.